Ставлю ссылку на свой сборник стихов в порядке напоминания, из старых постов. Может, он ещё есть в магазине. Ей Богу, как распространять я не знаю. Кто хочет почитать так, может найти в моём музыкальном хостинге ссылку на стихиру. Там тоже всё есть.
Купить можно в "100000 книг" на Ленина 49. (ЕКБ).

Ещё картинки Юлии Далецкой.

Фильм "Мементо мори" по моему сценарию. Режиссёр Николай Гейко.

Memento_mori_small.avi


Мазилла почему-то глючит, лучше качать эксплорером. Если не играет можно поставить кодек http://narod.ru/disk/7938605000/klcodec445f.exe.html или плейер http://narod.ru/disk/7938640000/Xvid-1.2.1-04122008.exe.html

via ibigdan

Задел пост Леонида Волкова.
Действительно, у нас любовь к животным часто застит любовь к людям и правде. А ещё больше, чем к животным - гневно п-ть по поводу любви к животным.
Возможно, Леонид прав, и помощь тут нужна не животным, а людям.

Милиционеры неспособны стать полицейскими. Полицейский скурпулёзно защищает права гражданина - это дух, строго соблюдая закон - это буква. Они обязаны стоять радом с Немцовым и сдувать с него пылинки, чтобы ему не дай Бог, никто не помешал осуществить своё конституционное право. Задерживать любого, кто мешает, и строго наказывать. Если же другой гражданин заявляет, что тоже желает стоять в одиночном пикете - ради Бога. Пускай берёт плакатик и стоит вместо него. Боря, думаю, с удовольствием рядышком посмотрит. Но разве такое можно втолкнуть в голову милиционеру?
Государство от такого порядка сделалось бы сильнее, а не слабее. А при сегодняшнем раскладе они государство страшно позорят, государство Российское выглядит тупым, слабым и смешным, достойным брезгливости. Законы его - туалетной бумагой. Милиционеры готовы всячески извратить букву, чтобы перевернуть смысл их долга с точностью до наоборот, у них всё наоборот до смешного, вместо головы задница, они думают, что думают, даже хитро, хоть все знают, что задницей думать невозможно, дерьмо одно, а не мысли. Если Дима хочет модерна, то я первым делом хотя бы переименовал пролетарскую милицию в респектабельную капиталистическую полицию. Есть разница - имя уже много. Как ты лодку назовёшь, так она и поплывёт. Тока забоится, скажут же, что у Миши учится. Западло великой державе учиться у политического трупа. Ещё дураки учиться боятся и стесняются.

via tt_net

"Я несколько раз сидел, - рассказывал бывший президент Вацлав Гавел, - и потом с практической точки зрения занимался феноменом постюремного психоза. Привыкнув к тому, что в тюрьме за самого заключенного все решения принимает тюремное начальство, люди после освобождения теряют способность принимать самостоятельные решения. Это ломает психику некоторым людям. Некоторые даже тоскуют по тюрьме, где им ничего не надо решать", - поделился своими наблюдениями Вацлав Гавел.
Для многих составляет проблему оставаться на воле наедине с самим собой, после того, как долгие годы в тюрьме постоянно находился в коллективе. «Освободившись, я иногда звонил своим друзьям и просил их срочно придти ко мне в гости», - рассказал бывший политзаключенный. Это постюремное состояние я сравниваю с состоянием нашего общества после 1989 года, - говорит Вацлав Гавел.
Еще много людей поддерживает коммунистов, потому что те дают какие-то гарантии, определенность, спокойствие и готовы решать за людей их проблемы. В каждом из нас в той или иной мере живет желание вернуться за решетку, чтобы избавиться от тревожной и тяжелой свободы выбора. Коммунисты как раз и предлагают такой «комфорт», утверждая, что только они понимают, как устроен этот мир. В некоторых странах и сегодня есть все знаки демократии, но это только формально, а по сути власть манипулирует обществом, - говорит Вацлав Гавел.
Вопрос, по его мнению, состоит в том, будет ли общество сопротивляться этим манипуляциям или все по одному последуют в Сибирь вслед за Ходорковским. Мы должны помнить об этом, и о том, что эта глава не закончена. Возможно, тоталитарный режим заканчивает свое существование в классическом виде и находит теперь иные формы существования и управления обществом. Мы должны научиться адекватным образом воспринимать ситуацию не только в нашей стране, но и за ее пределами, - закончил свою речь под шквал аплодисментов Вацлав Гавел.

Александр Подрабинек, для Международного Французского Радио, Прага.

Спасибо duns37

Государство занимается всем, чем угодно, в то время как есть такие вещи, которыми надо было бы заниматься гораздо более предметно – милицией, армией, судами.

via abstract2001

Сколько же раз я писал об этом - не понимают. Я бы государство на нашем архаичном уровне капитализма и общественного сознания не только из экономики, а и из социальной сферы поганой метлой выгнал. Из здравоохранения и образования. Чтобы каждый понимал, что сколько на самом деле стоит, и что это точно такой же бизнес, с неба не падает, а производится и покупается людьми - пенсии, услуги врачей и учителей. Сколько заплатите, такие и будут, с неба хорошие не свалятся. Никакой государственной сакральности и мистики, просто заработанные деньги, эквивалент труда и таланта личности. А никакая не государственная ситема, не фиг государству глубокомысленные системы в чужой епархии строить, без него найдётся кому. Сколько уж впустую строило.
А сейчас все эти деятели бровки домиком и благодетельствуют, раздавая подачки, которые заработали не они. И все благодарны партии и правительству за повышение пенсий, ругают за ЕГЭ, за отсутствие лекарств в аптеке и высокие цены в магазине. Бред, если вдуматься. При чём тут государство?
Государство разговорами об экономике отгораживается от своих святых обязанностей и вешает лапшу. И никакая модернизация невозможна до тех пор, пока люди не поймут, что это их труд и деньги, здоровье, образование и репутация - их богатство и товар, а не халява и не милостыня от барина-государства.
И пока государство не сделает то, что положено, и чего 20 лет так и нет - АРМИЮ, ПОЛИЦИЮ, СУД. Дело государства - только политика и более ничего. Чего, казалось бы, проще. А страшно. Власти без холопов, а народу - без барина - а ну, как крепостное право отменят, куда ж нам убогим.
А Медведев говорит - будем умными, свободными и ответственными. Прав том, что, что этим констатировал, что сейчас-то глупые рабы разгильдяи. А сенаторы и элита аплодирует - и смех и грех. А неправ в том, что и не будем никогда другими при такой политике и самосознании. И, главное, все трусливые.
А ведь были отважные, в том числе и Волошин. Россель когда-то вообще уральский франк предлагал сделать, не боялся без барина взять в руки экономику Урала. Ходорковский замахнулся на независимое от государства предприятие - вот тут-то и спохватились.
Каждый бы на себя взял - предприятие, телеканал, человек, фонд - другой бы была Россия, действительно, сильной и свободной. Сейчас уж и не дадут, самим кушать хоца, стричь будет не с кого. Ещё и о коррупции чего-то блеют. Гомерический хохот. У нас само государство главный рейдер в законе и главный взяточник, куда там тамбовской группировке - младенцы. И иначе представить себя не может, а вслед за ним и зомбированное разуверившееся население. Сожрали отважных холопство да опричнина - две стороны одной медали. Так привычнее.

Ольга тут хорошую историю про свою бабушку написала, и про конкурс рассказов о бабушках. А я про своих пока не хочу, очень долго рассказывать, а поверхностно не хочется. Да и в конкурсах никаких принципиально никогда не участвую, равно как и лотереях.
Лучше я про своего любовного соперника молодости расскажу. Ужасно его заочно ненавидел, естественно. Когда познакомились, он молчал, а я всё ждал, когда он что-нибудь скажет, чтобы убить его на месте сарказмом, или просто острым словом, как-либо унизить, в присутствие общего предмета вожделения. Я блистал историями, он молчал, слушал, вдруг решил тоже что-то рассказать. И начал со слов: - Когда была жива моя бабушка...
Что он говорил дальше, не помню. Но помню, что я уже не мог плохо относится к человеку, который обозначает время событий своей жизни не годами или другими событиями, а уходом бабушки. Значит, это событие для него важнее прочих. И язвительного слова так и не смог сказать, хоть ничего такого уж умного соперник не изрёк, только вот эту интонацию любви к старому ушедшему человеку.
А потом на курсе мы нередко конфликтовали с Аркашей Высоцким по всяким пустякам. Но однажы он написал новеллу о любви к своей бабушке "Зелёный свет козы". Лёгкую, изящную, остроумную, трепетную, тонкую. С болью и любовью. Юношескую очень. Фильм потом вышел совсем не такой, к сожалению. А наш мастер Исай Константинович Кузнецов его стал бранить - сейчас перестройка, перед вами открылись такие возможности, такой кусок пирога можно откусить! А ты пишешь о всяких личных пустяках. Его тоже можно понять, он от цензуры настрадался, не написал много того, чего хотел. Но, ох, как я тогда за Аркашу поднялся. Будучи совершенно уверенным, что нет такого мирового катаклизма, который был бы важнее любви к бабушке. Тем более, что у Аркаши получилось написать про эту самую любовь, не так-то это просто ухватить самое таинственное. Про всякие революции и войны куда легче.
Исай Константинович позже сам написал прекрасный биографический роман, где без любви к бабушкам тоже не обошлось. Он сам уже дедушка и прадедушка и мы все его очень любим.

Днем мы ходили в Храм-на-Крови. Лучше бы не ходили. Вот ведь и Коляда мне сказал:
— И чего вы туда пойдете, я сколько лет здесь живу, а в ту сторону даже не смотрю никогда.
Я пошла, потому что вспомнила, как в конце 80-х годов была в Свердловске: на месте злосчастного ипатьевского дома стоял огромный самодельный крест, около которого люди клали цветы и зажигали свечи. Потом соорудили небольшую деревянную часовню, поставили камень с достойной надписью «Царю-мученику Николаю Второму, его августейшей семье и верным слугам их с покаянием от русского народа». (Тогда еще не было политкорректности, и народ называли русским, а не российским.)
Я и думала все это увидеть опять. Наивная дура — передо мной во всю красу имперской архитектурной мысли стоял дворец, построенный потомками большевика и убийцы Юровского и неизвестно зачем украшенный крестами и иконами.
Это была первая церковь в моей жизни, в которой даже ладаном не пахло. Пахло мавзолеем. На церковном книжном развале внутри храма я усмотрела книжку российского фашиста Бориса Миронова «Русские. Последний рубеж». Лубочно препарированная история царской семьи с картинками вывешена на отдельном стенде снаружи.
Мне стало там очень не по себе и очень стыдно перед детьми. Детям же было откровенно неинтересно, а Игнат потом записал в молескине: «Храм представляет собой такое, что царя жалко…» Ах, если бы только царя!
Возле собора торгуют черт-те чем: можно, например, купить огромные белые мраморные глыбы, напоминающие куски заснеженного льда (при детальном рассмотрении глыбы оказываются садовыми скульптурами «Косолапый», «Молитва в облаках» и «Ангел». 350 тысяч рублей самая дешевая, бесплатная доставка по области). Купишь такую глыбу в свой домашний сад, станешь ежедневно смотреть на нее, содрогаясь, но душа-то при этом будет радоваться и ликовать, потому что часть денег (я не смогла выяснить, какая именно) пойдет на покупку памперсов для детей из нижнетуринского детского дома-интерната. Почему, чтобы помочь детям, нужно купить уродливую мраморную дуру, мы с сыновьями так и не поняли, а почему все это продается на месте страшной гибели царской семьи — и тем более…
Пресвятая Богородица, уврачуй и спаси!
На сувенирных столиках, прилепившихся к храму, не было ни одной обычной открытки с видом города, зато нам любезно предложили полую головку Нефертити со вставленными в нее российскими флагами, коричневый противогаз, старую ракушку и лыжницу Ломоносовского фарфорового завода. Стоящий неподалеку ларек, в котором церковный кагор соседствует с вафлями, прейскурант на требы — с ценником на горячие напитки, на верхней полке выставлены книги про царскую семью, на нижней — чай и кофе «три в одном», называется «Ганина Яма». Уже подойдя совсем близко, видишь, что внизу мелко приписано «мужской монастырь во имя Святых Царственных Страстотерпцев». Для тех, кто не сведущ: Ганина Яма — заброшенный рудник, в который после расстрела были скинуты царские тела. Чудны дела твои, Господи! Осталось вот еще открыть кафе «Освенцим» да танцпол «Блокада Ленинграда»…
Путешествие по месту, где девяносто лет назад расстреляли в упор четвырех красивых молодых женщин, несовершеннолетнего больного мальчика и их уже не очень молодых родителей, я завершу, пожалуй, цитатой из сотрудницы местного краеведческого музея, которая водит по храму экскурсии: «В стенах храма мы не можем говорить историческую правду, поскольку в отношении некоторых событий РПЦ придерживается другой версии. Если люди уж очень настаивают, я выхожу, снимаю платок, и тогда мы говорим об истории».

Из очерка Виктории Ивлевой в "Новой газете"

Я давно писал о подобных ощущениях с аборигенской стороны здесь и здесь, поскольку Свердловск - моя родина. Очень по моему точно - не ладаном пахнет, мавзолеем. Не покаянием, а кощунственной гордыней. Язычеством.

Послушал Галю Михалёву по "СовСек". Не удовлетворила. Всё то же - бандитская приватизация, провокации "Солидарности", мы единственная оппозиционная, сотрудничество с коммунистами. А ведь это она первая сказала мне когда-то, что мы живём в тоталитарном коммунистическом государстве. Больше 30 лет назад, когда об этом думать-то мало кто осмеливался. А я не задумывался, не потому, что чего-то боялся, просто больше наукой интересовался и поэзией. И разногласия с властью у меня были чисто стиллистические, как у Синявского. Галя другое дело - социолог в законе, доктор философии. Да. Но даже давняя дружба не сглаживает политических разногласий.:)
Вообще, о другом надо было говорить. О нарушениях закона страны, а не о том, почему победила та или иная партия. Не собачье дело ЕР думать, почему оппозиция так разрозненна и столь мала. Нашлись благодетели и наставники. А обязанность её, как правящей партии, честно провести выборы, гарантировать закон. Об этом должны говорить все оппозиционеры, на этом стоять и друг за друга заступаться и за закон России. А там посмотрим, у кого сколько, чужого не надо.
Если бы Галя сетовала не только на то, что кандидата яблока не зарегистрировали, признав недействительными подписи, но и возмутилась, что кандидатов солидарности не зарегистрировали точно на тех же основаниях, тогда б я, может и поверил, что яблоко оппозиционное и демократическое. Не сказала, забыла, видать. Вот память-то девичья.
Как расчищали политическую поляну вокруг себя, так и расчищают - бей своих, чтоб чужие боялись. Да ещё с неразборчивой политиканской риторикой - эти бандитские и воровские, эти карманные, а эти, напротив, провокаторы и экстремисты. А мы все в белом, и за всех знаем, какими другим партиям быть. А чужие педроссы не боятся, а радуются и потирают ручки - замечательная партия яблоко, всегда под бочком и всех вокруг замочит, даже если её совсем опустить - необидчивые ребята. И Жирик ещё такой же удобный, как канопе, небольшенький в процентах, но комфортный и красивый как рояль. При случае сгодится. Такие предсказуемые.
И чужие вовсе уже не чужие, а очень даже свои, хоть и ругаются для виду. И проигрывают, и опускают их, а они всё равно принципиально расчищают, ждут, должно, когда придёт их время явлинские 500 дней в жисть претворить и наступит всеобщее щасте. Когда все образумятся, им это разрешат, поняв единственную правоту яблока, слушаться станут и ресурсами обеспечат. А не получится - значит плохо слушались и недостаточно обеспечили. Ну, ждите. Смешно, ей Богу. А более грустно. Это даже не карманная партия, а так, жвачка на подошве. Идти неловко, и отодрать лень, пачкаться неохота. Отдерут, если понадобится, или вместе с мягкими ботинками демократии выкинут, переобувшись в нормальные ефрейторские сапоги.
Впрочем, к Гале это не относится. Кто она, так, функционер, ей ли политику партии менять. Как были друзьями, так и останемся. Слова иногда правильные в её партии говорят. Только значение их поистерлось и доверие пропало. И вреда от них сейчас не больше, чем пользы.

http://www.inliberty.ru/blog/transatlantic/1454/
В России этот шрам до сих пор называется страхом. Нет ничего страшнее и вреднее его.

Мать Михаила Ходорковского приехала в Германию на премьеру симфонии, посвященной ее сыну. В интервью Deutsche Welle она рассказывает не только о своей жизни, но и о видении ею современной России.

Спасибо duns37

«БОГ, В КОТОРОГО Я НЕ ВЕРЮ»
(Tratto da libro JUAN ARIAS «IL DIO IN CUI NON CREDO», Cittadella, Assisi 1969, pp. 192-199)

Многие атеисты не верят в того Бога, в которого я тоже не верю

Кардинал Максимос IV

То, что написано ниже – попытка автора сформулировать в простых и честных словах свою веру для своих неверующих друзей
Да, я никогда не поверю :


Спасибо duns37

слова "рейтинг" и "Рейхстаг" кажутся мне очень похожими в каких-то иррациональных подтекстах. Непонятно. Вроде, как может ассоциироваться поджог, взятие, модерновая реконструкция с рейтиногом? И всё равно.

Свято место, конечно, пусто не бывает, но не хочу, чтобы в России стало больше на одну трусливую компанию. И так хватает обоссавшихся бизнесменов. Хороший у нас средний класс. За державу обидно, хотя по всему давно бы пора на ней плюнуть, пускай делает, чего хочет. Если вам тоже обидно, кликните туды.

Только почему к премьер-министру? Вроде силовые ведомства напрямую подчинены Президенту. Нарушение субординации.


via avmalgin

via duns37

Послушал. Ну, гад, всё про всё сказал, слова не вставить. И точней и смешней (или грустней) не скажешь. Да ещё и в стихах. Да в каких. Для снобов поправлюсь - ладно, в рифму. Попробуйте сами такие рифмы и интонации придумать. И тогда будем рассуждать, что есть поэзия. Впрочем, думаю, Быкову на это будет совершенно резонно плевать. Пусть-ка они С Иртеньевым спорят или с Вулыхом. Или с Ерёменко, если он что-нибудь пишет.